До появления монашеских уставов утреня в отношении к количеству псалмов не отличалась от вечерни: та и другая в Апостольских Постановлениях имеют по одному псалму, и утреня 62-й; такой же псалом указывается для нее в соч. «О девстве» псевдо-Афанасия (IV-V в.). Под влиянием подвижников, певших в течение ночи целую Псалтирь, монастыри вводили пение на утрене по 75, 60, 50, 30, 20 и 18 псалмов; устав Венедикта и другие западные сокращали это число до 12, основываясь, должно быть, на очень распространенном в древности обычае петь за раз 12 псалмов, причем устав Венедикта делил их на две шестерицы, предпосылая им пс. 3 и 94; другие уставы (западные) еще более сократили это число, – до шестопсалмия, пяти- и четырепсалмия.
Последнее нашло применение и на армянской утрене, причем все псалмы ее 4-псалмия совпадают с нашими: 3, 62, 102, 142. И песненная утреня при Симеоне Солунском имеет в начале пс. 3, 62 и 133. Древнейшие упоминания о нашем шестопсалмии – в известном описании синайской утрени VII в., в Ипотипосисе и Диатипосисе.
Толковый Типикон